Ректор ДГМУ рассказал о рисках повторного заражения COVID-19

Ректор Даггосмедуниверситета Сулейман Маммаев рассказал корреспонденту информагентства о рисках повторного заражения новой коронавирусной инфекцией.

– Расскажите об иммунитете человека и о том, что происходит при проникновении нового коронавируса в организм.

– Система иммунитета имеет несколько составляющих, которые изучены в разной степени. Клеточный иммунитет представлен клетками с разными функциями, о роли которых даже неспециалист может судить по их характерным названиям: Т-киллеры, Т-хелперы, макрофаги, нейтрофилы и так далее. Гуморальный иммунитет представлен антителами и их источником – В-лимфоцитами.

Эта градация очень важна, так как многие лекарственные препараты действуют на разные виды иммунитета. Исследования показывают, что после перенесенного COVID-19 в крови большинства пациентов обнаруживаются специфические антитела – даже у тех, кто переболел бессимптомно. Но при встрече с новым коронавирусом у человека включается в работу не только гуморальный, но и клеточный иммунитет, так называемая клеточная память. Поэтому, если в крови у переболевшего мы не обнаруживаем антител, это не значит, что он беззащитен. Иммунитет к вирусу у него все равно формируется, и риск тяжело заболеть снижается.

Как и в случае многих других вирусных заболеваний, их концентрация выше у тех, кто переболел вирусом в тяжелой форме, но она в любом случае начинает падать уже через три месяца, а иногда и через несколько недель.

– Можно ли заразиться COVID-19 повторно?

– Ученые не исключают, что это возможно, но вероятность такого заражения не очень высока. Поскольку Sars-Cov-2 был впервые обнаружен лишь семь месяцев назад, ученые пока воздерживаются от предсказаний о том, как долго длится приобретенный иммунитет и возможно ли повторное заражение в принципе. Однако некоторые выводы можно сделать на основании его более изученных предшественников и близких родственников — вирусов SARS (атипичная пневмония) и MERS (ближневосточный респираторный синдром).

В крови пациентов, переболевших SARS в 2002–2003 годах, специфические антитела к вирусу сохранялись в среднем на протяжении двух лет (если быть совсем точным, то от года до трех). У тех, кто переболел MERS – 5-6 лет.

Говорить о формировании длительного иммунитета сейчас очень рано. Ведь еще не прошел даже год с момента обнаружения нового коронавируса. Однако установлено, что примерно у 10 процентов людей специфический иммунитет к коронавирусной инфекции ослабевал уже через три месяца после заболевания. Также ученые не исключают того, что при первичном заражении COVID-19 в организме человека могут образовываться антитела, которые при повторном заражении могут даже усиливать заболевание.

Уровень антител к вирусу SARS-CoV-2 сохраняется у людей, которые перенесли заболевание в легкой или умеренной форме, в среднем около пяти месяцев. К такому выводу пришли американские ученые из медицинского центра «Маунт Синай» в Нью-Йорке. Результаты исследования опубликовал журнал Science. В исследовании приняли участие около 30 тыс. человек, у которых был подтвержден коронавирус. Ученые отмечают, что антитела могут защитить от повторного заражения или ослаблять вирус, если человек заразится снова. Сообщалось, что в течение нескольких месяцев после перенесенного COVID-19 антитела теряют около 15–20% заболевших.

А ученые из Лондонского Имперского колледжа посчитали, антитела после заболевания коронавирусом могут за несколько месяцев снизиться до такого уровня, что не будут защитой от повторного заражения. Особенно быстрое падение уровня антител исследователи зафиксировали у тех, кто переболел COVID-19 бессимптомно. Также они установили, что быстрее антитела пропадали у переболевших старше 75 лет. О том, что переболевшие коронавирусной инфекцией полностью теряют гуморальный (антительный) иммунитет через три-пять месяцев после болезни, ранее говорил руководитель клинического исследования вакцины «Спутник V» на пациентах старше 60 лет Никита Ломакин. По его мнению, после этого периода появляется риск повторного заражения.

Однако следует отметить, что достоверные значения титра антител, способных защитить от повторной инфекции, неизвестны. И напоминаю, что клеточный иммунитет сохраняется значительно дольше.

Врачи считают, что случаи вторичного заражения коронавирусом редки, но все-таки фиксируются в разных странах. Не исключено, что заболевшие во второй раз могут переносить инфекцию тяжелее, чем в первый, но пока этот вопрос недостаточно изучен. Имеется много разночтений, что считать повторным случаем, что считать персистенцией вируса.

– Существует ли врожденная защита от COVID-19?

– Некоторые исследования показывают, что меньше шансов заразиться у тех, кто имеет те или иные мутации, связанные с рецептором АСЕ2 и фуллиновой протеазой. Рецептор ACE2 – это регулятор «входа» коронавируса. Установлено, что некоторые генетические его варианты действительно не допускают попадание коронавируса в клетки. Есть предварительные данные, согласно которым у людей с первой группой крови заболевание протекает тяжелее. Кроме того, есть целый ряд исследований, в которых изучаются другие особенности иммунной системы, которые могут оказать защитное или, напротив, отягощающее действие.

– Расскажите о мутациях COVID-19.

– У каждого вируса собственная специфическая последовательность ДНК и РНК. Так и SARS-CoV-2 состоит из более чем 30 тыс. молекул, расположенных определенным образом. Тем не менее, этот порядок может меняться. Существуют риски, что он превратится в еще более опасную версию себя. Для выявления изменчивости вируса и, главное, насколько это эпидемиологически опасно, исследуется масса генетического материала на разных географических территориях.

Например, о том, что в Сибирском федеральном округе формируются новые мутации S белка коронавируса сообщала глава Роспотребнадзора Анна Попова. Для мутировавшего вируса характерна более низкая чувствительность к сыворотке рековалесцента, которая содержит антитела к коронавирусу, но, несмотря на мутации, какого-либо влияния на эпидемиологические аспекты коронавируса нет, поскольку они не усиливают и не ослабляют его возбудитель, а происходящие изменения являются мельчайшими. Ведется мониторирование за 22 штаммами вируса.

Однако опасения вызывает ситуация в Европе, где распространяется новый штамм коронавирусной инфекции: сейчас он появился в 12 странах, в России его все еще нет. На устах общественности решение правительства Дании об уничтожении поголовья норок, как носителей более опасного штамма, так как выявлено, что мутировавший тип устойчив к антителам плазмы переболевших. Если гипотетически предположить, что мутантный вирус попадет в наш регион, то количество вновь инфицированных и больных с тяжелой формой заболевания значительно возрастет.

– Какой, по Вашему мнению, существует выход из ситуации? Вакцина как надежда человечества?

– Чем раньше начнется массовая вакцинация от коронавирусной инфекции, тем быстрее мы достигнем коллективного иммунитета. Еще в начале пандемии на основе формул, включающих число выявленных случаев и зарегистрированных смертей, предлагалось прогнозирование истинной распространенности. По этим данным, если судить по официальным цифрам коронавирус-монитора, распространенность инфицирования в Дагестане может составлять до 1 200 000 человек. Таким образом, для возникновения коллективного иммунитета (60-70%), который должен сдерживать распространение инфекции, необходима вакцинация от COVID-19.

Многие компании сейчас работают над вакцинами. Они основаны на разных принципах. И, конечно, в особом ряду первая отечественная векторная вакцина «Спутник V», испытания которой завершаются и идет применение в группах риска. Проводятся также испытания вакцины «ЭпиВакКорона» разработки Государственного научного центра вирусологии и биотехнологии «Вектор» (Кольцово). Еще одной перспективной вакциной является цельновирионная вакцина, которая создана в Научном центре исследований и разработки иммунобиологических препаратов имени М.П. Чумакова (Москва). И если говорить о вакцинации в целом, тут однозначная рекомендация – любая из одобренных вакцин будет значительно лучше, чем встретиться с вирусом вживую. Риски распространения и тяжелого течения заболевания очень высоки. Риски от вакцинации тоже есть, но они не угрожают жизни.

Но, помимо вакцинации от коронавирусной инфекции, которую государство старается максимально приблизить, подключая все имеющиеся ресурсы. Достаточно остро стоит вопрос о ежегодной вакцинации от гриппа. Еще весной американские специалисты проанализировали истории болезни более 2000 пациентов и выявили закономерность — прошедшие вакцинацию от гриппа больные переносили COVID-19 легче. Согласно их данным, те, кто не делал прививку, почти в 2,5 раза чаще попадали в больницу и почти в 3,3 раза — в отделения интенсивной терапии. Учитывая также возможность взаимного усиления инфекции при одновременной циркуляции вирусов, наличия множества переболевших коронавирусной инфекцией с различными осложнениями, необходимость ослабления распространения ежегодной эпидемии гриппа приобрела особую остроту. Для этого рекомендован более широкий охват ежегодной вакцинацией от гриппа (до 70% населения).

Ряд российских медиков порекомендовали во время пандемии, помимо прививки от сезонного гриппа, также сделать прививку от пневмококковой инфекции. В августе 2020 года исследователи из Италии изучили, как вакцинация от гриппа и пневмококка соотносится с результатами тестов ПЦР на COVID-19. Анализ показал, что взрослые и пожилые респонденты, получившие противопневмококковую вакцину в прошлом году, имели куда более низкую вероятность положительного результата теста на коронавирус, чем их непривитые сверстники. И добавим, что если даже не обсуждать заражение, то тяжесть поражения органов дыхания при любой инфекции явно ниже у привитых от пневмококковой инфекции. Конечно, пока рано говорить, какая именно вакцина против пневмококка эффективнее снижает летальность и количество тяжелых случаев при коронавирусной инфекции, так как никто еще не проводил их сравнительный анализ в рамках пандемии. По мнению эпидемиологов, вакцинация может помочь избежать заражения COVID-19, а также определенно снизит риски развития легочных осложнений в случае заболевания. В некоторых регионах России вакцина от пневмококка входит в состав бесплатных региональных программ.

Таким образом, есть все основания полагать, что лучший результат при коронавирусной инфекции принесет сочетанная вакцинация – та, что эффективна одновременно и от пневмококка, и от гриппа. Такие прививки снижают число летальных исходов и тяжесть течения болезни, благодаря возможной стимуляции врожденного иммунитета или же каких-либо перекрестных иммунных реакций, убеждены эпидемиологи.

Пандемия ставит трудные задачи перед человечеством, государствами, медициной. Пути ее преодоления разрабатываются, временами ускользают, но в целом поступательное движение вперед ощутимо приближает нас к цели. Главная наша задача сегодня – личная ответственность и сознательность каждого гражданина, своевременная вакцинация при отсутствии противопоказаний, социальное дистанцирование, соблюдение масочного режима для сохранения здоровья населения региона.

Источник: